Охота

Четырнадцать лет спустя

И вот, спустя почти четырнадцать лет, я присутствую на еженедельном собрании егерей общества, а точнее Петушинского районного отделения Владимирского областного общества охотников и рыболовов.

Удалось пообщаться как с председателем, так и с егерями и задать вопросы, которые будут интересны нашим читателям.

— Александр Михайлович, прошло почти полтора десятка лет, как мы с Вами беседовали о положении дел в обществе. Что изменилось за эти годы?

— Все эти годы новоиспеченные охотпользователи и деятели от охоты пытались, можно сказать, развалить общество, заманивая к себе наших охотников. Были и попытки отобрать у нас угодья. Мы так и не получили самостоятельности: наши егеря не могут составлять протоколы на браконьеров, мы не можем сами устанавливать квоты добычи копытных, хотя исправно проводим учеты и биотехнию.

— В том интервью Вы озвучили цифру — 1300 членов Петушинского районного общества, а сколько сейчас осталось?

— Сейчас столько же членов во всем Владимирском областном обществе охотников. И этот процесс наблюдается во всех региональных подразделениях Росохотрыболовсоюза. Наш коллектив — на первом месте в области, он самый крупный, 300 членов, притом что в самые тяжелые годы его численность падала до 112 человек.

А было время, когда я уже был председателем, численность членов нашего общества доходила до 1800 человек.

— Многие охотники района сетуют на очень высокие цены на путевки и размер членских взносов, и именно поэтому они уходят.

— Я сейчас объясню ситуацию. Во-первых, такие цены не только в нашем Петушинском отделении, но и во всех районных отделениях областного общества.

Во-вторых, вокруг Петушинского общества ходит множество непонятных слухов. Какие-то «сказочники» утверждают, что угодья общества проданы, что они теперь в собственности председателя и актива. Откуда такие слухи, непонятно, все это ложь.

В-третьих, мы несколько лет собирали деньги на аккредитацию наших двух охотничьих хозяйств, в результате чего провели охотустройство и в 2012 году заключили охотхозяйственное соглашение сроком на 49 лет до 24 августа 2061 года. Деньги немалые. И получаем мы их только в результате своей работы.

Не все охотники нас ругают за якобы высокие цены. Есть и те, кто относится с пониманием. А «крикуны», как правило, не бедные люди, позволяющие себе порассуждать в кафе или ресторане за рюмкой коньяка, какой плохой председатель и его окружение.

— Сколько человек у Вас в штате?

— Председатель районного отделения (он же директор двух охотничьих хозяйств), бухгалтер, охотовед, старший егерь и семь егерей на два охотхозяйства (Петушинское площадью 18,18 тыс. га и Покровское — 23,2 тыс. га); почти все егеря являются производственными охотничьими инспекторами.

— Вы получаете откуда-то еще деньги, кроме как от продажи путевок на охоту?

— Нет, мы не получаем ни копейки. Жаль, что и от государства тоже. Все годовые взносы мы перечисляем во Владимирское областное общество. При этом охотник оплачивает взносы через Сбербанк.

Мы живем исключительно за счет продажи путевок на добычу охотничьих ресурсов. На эти деньги мы закупаем корма, проводим биотехнию, часть денег идет на зарплату.

 

— Часто можно услышать, что общество конкретно ничего не вкладывает в массовые виды дичи: уток, зайцев, куликов.

— Но мы их охраняем. Сейчас, в межсезонье, у нас практически невозможно услышать браконьерский выстрел в охотничьих угодьях. И я считаю, что в этом большая заслуга наших егерей.

Кроме того, мы сажаем кормовые поля. Они предназначены для копытных, но их посещают также и некоторые виды охотничьих птиц. Мы регулярно выпускаем в угодья уток, были выпуски зайцев.

— Профессия егерь одна из самых низкооплачиваемых?

— У нас зарплата егеря составляла 7–8 тыс. рублей в месяц. Сейчас, в связи с изменениями в законодательстве, штатный сотрудник организации должен получать не менее 12 тыс. рублей. Денег не хватает. Приходится отправлять егерей в отпуска без сохранения заработной платы. Но они все равно работают.

Прибавьте к этому, что егеря патрулируют угодья на личных машинах, покупают за свой счет бензин и запчасти. Многие из них живут лесом, это настоящие лесные люди, сроднившиеся с природой.

— А есть ли спонсоры?

— Есть друзья, с которыми мы общаемся много лет, и они нас поддерживают. Но таких немного.

— Вы можете сказать, сколько всего охотников с государственными «зелеными» билетами в Петушинском районе?

— Около 3 тысяч. То есть членов общества всего 10 процентов. Там есть охотники, которые очень просто и практически бесплатно получили право на охоту. Но они не знают ни охотминимума, о знаниях которого они расписались, практически не читая, ни правил обращения с охотничьем оружием. Большинство из них не охотятся, билет был им нужен только для приобретения ружья.

— Сезонная путевка на летне-осеннюю охоту для членов общества стоит 6000 рублей, для пенсионеров в два раза дешевле. А во сколько обойдется она охотнику, имеющему только «зеленый» билет или билеты других областных обществ?

— Для них сезонка — 15 тыс. рублей, однодневная путевка — 3 тыс. рублей. Это связано не только с финансовой составляющей, но и с пропускной способностью угодий.

Существуют утвержденные губернатором параметры охоты, где четко прописана норма пропускной способности угодий. Поэтому количество разрешений и, следовательно, путевок ограниченно.

Конечно, мы в первую очередь выдаем путевки членам нашего общества. Высокие цены для приезжих и не наших членов сдерживают их желание поохотиться в наших угодьях. Я считаю, что охота — это, прежде всего, удовольствие, а за каждое удовольствие надо платить.

— Главный показатель работы общества — численность зверя и птицы в угодьях.

— У нас численность копытных растет. Заметно выросла численность лося. Последние данные ЗМУ даже привели в замешательство и областное общество, и госохотинспекцию. Нам не поверили и проводили повторные проверки. Приезжал охотовед из областного общества — насчитал даже больше.

Потом приехала комиссия из Госохотинспекции — оказалось, лосей еще больше. Вы, говорят, прокладываете маршруты по местам концентрации лосей. Но эти маршруты были определены заранее. Численность лося растет, а разрешений выдают столько же, как и раньше.

— Очевидно, основным доходом общества может стать организация охоты на копытных, в частности на лося. Много ли дают разрешений?

— Разрешения выдаются исходя из учетов численности и наших заявок в соответствии с нормами. Однако нам квоты всегда занижают. Сейчас нам выдается на сезон в количестве семи разрешений на лося в Петушинское и семь в Покровское охотхозяйства.

По мнению егерей, занижают квоты не всем. Примерно такому же по площади Дегтяревскому охотхозяйству дают не семь, а семнадцать лосей. Где справедливость?

 

— А оптимально, при нынешней высокой численности лося, сколько, по вашему мнению, можно добывать лосей без ущерба для популяции?

— Мы считаем, исходя из данных ЗМУ и реальной численности зверя, десять на Петушинское и тинадцать на Покровское. Наши егеря прекрасно знают, сколько у них в обходе лосей, некоторых из них узнают буквально «в лицо».

Считаю также, что численность лося позволяет вновь вернуться к практике товарной охоты и выдаче товарных лицензий. Как это было раньше. Сдавали лосиное мясо в детские учреждения, столовые, кафе… Мы можем внести вклад в обеспечение населения диетическим мясом хотя бы на уровне района.

Дайте нам десять товарных и десять спортивных лицензий. Мы сможем и деньги для ведения охотничьего хозяйства заработать, и охотников не обидеть. А лишних лосей мы стрелять не собираемся: мы взяли угодья на 49 лет и заинтересованы в сохранении численности зверя на долгие годы.

— Практикуете ли вы в период гона охоту «на стон»?

— Нет. Нам выдают немного лосиных разрешений, и мы, прежде всего, стараемся обеспечить местные охотколлективы, некоторые из которых насчитывают 30–40 человек.

Если мы продадим какому-либо состоятельному охотнику одну лицензию, допустим за 100 тыс. руб., нам особо это не поможет, но какой-то свой коллектив мы лишим возможности охоты.

Мы приглашаем на охоту и других охотников, но наши платят 50 процентов от стоимости путевки, а не члены общества 100.

— Каков должен быть оптимальный бюджет Петушинского общества?

— Мы посчитали, что в каждое из двух охотхозяйств необходимо ежегодно вкладывать по 3 млн руб. Примите во внимание необходимость уплаты налогов. Да тут даже если за каждого из 14 добытых лосей, которых нам разрешили отстрелять, брать по 100 тыс. рублей, денег не хватит.

— В прошлом интервью, что я брал четырнадцать лет назад, Вы говорили, что у вас 12 первичных охотколлективов. А сейчас?

— Структура общественных объединений поменялась. У нас сейчас один первичный коллектив — наше районное отделение. В нем 8 ячеек, самая крупная, Санинская, насчитывает 80 членов. Каждая такая охотничья ячейка объединяет охотников, а это самое главное. У нас в обществе дружный коллектив егерей и охотников. Надеюсь, у нас все получится.

— Александр Михайлович, хотелось бы от имени редакции и наших читателей пожелать Вам и Вашему сплоченному коллективу единомышленников успехов в нелегкой работе и борьбе за грамотное ведение охотничьего хозяйства.

Источник: ohotniki.ru

Статьи по теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *