Охота

Охотники не хотят состоять в охотобществах

Поводом для написания этих заметок стала случайно приобретенная книжечка «Памятка — путеводитель по охотугодьям, водоемам и лесным массивам Серпуховского района».

Примечательно, что памятка издана Серпуховским обществом охотников и рыболовов в 1958 году тиражом 2000 экземпляров.

Само по себе заслуживает уважения то, что районное общество сумело подготовить и изыскать средства, чтобы отпечатать это, на мой взгляд, весьма полезное издание в очень непростые, можно сказать, послевоенные годы.

Кстати, последний справочник по хозяйствам МООиР был издан более 35 лет назад и, конечно, безнадежно устарел.

Что же мы узнаем из этих книжек?

Первое, Серпуховское общество организовало три спортивно-охотничьих хозяйства в Московской области и еще одно в угодьях Тульской и Калужской областях. Наладило в них охрану силами егерского состава, общественной охотинспекции и членов общества.

За каждым охотколлективом был закреплен определенный егерский обход, где охотники чувствовали себя полноправными хозяевами наравне с егерем, выполняя весь комплекс биотехнических и охранных мероприятий.

Каждому члену общества давалось персональное задание по уничтожению хищников, содержанию солонцов и подкормочных площадок.

Обществом проводились большие массово-разъяснительные работы, семинары, читались лекции. Повышенное внимание общественная организация уделяла такому новому делу, как дичеразведение и расселение охотничьих животных.

Цитирую слова из книги: «По примеру Московского общества охотников проводятся мероприятия по одичанию кряковой утки, в 1958 году из вольеров общества выпущено несколько сотен утят и 250 серых куропаток.

Из Польской народной республики завезено и выпущено в угодья 100 зайцев-русаков, начата работа по акклиматизации фазана — первая партия птиц завезена из Социалистической республики Румыния. В угодья завезены и выпущены: кабаны, пятнистые олени, маралы, косули.

При этом предусматриваются большие работы по созданию кормовой базы и проведению биотехнических мероприятий… все эти мероприятия позволят в ближайшее время увеличить запасы зверя и пернатой дичи».

В 1957 году состоялись первые охоты на кабана. В этом же году обществом был разработан перспективный план развития охотничьего хозяйства и охотничье-рыболовного спорта на ближайшие семь лет.

Планом предусмотрен ежегодный выпуск для вольного разведения до 1500 зверей и птиц. На все мероприятия общество планировало затратить свыше 3,5 млн рублей (цены 1958 года).

Вот такие основные мероприятия были осуществлены и планировались в середине прошлого века районным обществом! Как план был выполнен на деле, мне неизвестно, но его масштабы впечатляют.

От себя хочу сказать, что в начале 80-х и позднее наш коллектив постоянно выезжал в угодья Серпуховского общества как на работу, так и на охоту по копытным. Подчас на охоту приезжали на электричке, пешком добирались на обрезку зверя по разным маршрутам.

Зверя было много совсем рядом с деревней егеря, сейчас же на охоту от места встречи с егерем приходится ехать 20–30, а то и более километров.

После обрезки докладывали егерю результаты: «Здесь обложили стадо кабанов, там в мелком сосняке стоят два лося, туда-то зашла семья лосей».

Вместе с егерем решали, какой оклад брать первым. Постоянно видели следы оленей и косуль, да и сами они неоднократно выходили из загона во время охоты. Возможно, это изобилие зверя было следствием мероприятий, которые проводились в 50–60-х годах Серпуховским обществом.

Недалеко от мест охоты была и охотбаза, в восстановлении которой наш коллектив принимал самое активное участие. На территории базы находилась искусственная нора, большой загон для притравки по кабану, для этих же целей содержался медведь, была площадка для тренировки лаек по белке. Давно уже нет базы, нет, по-моему, и всего остального.

 

Конечно, не только Серпуховским обществом в середине и конце прошлого столетия проводилась подобная работа. И многие московские коллективы также тогда старались выезжать на отработку и охоту в одни и те же хозяйства, брали над ними шефство.

Каждому члену МООиР также давались задания по заготовке желудей, рябины, сдаче пушнины, уничтожении ворон, отработке в охотхозяйствах. Далеко не всеми эти нормы выполнялись, но однозначно, что они охотников дисциплинировали и стимулировали.

В конце книжки я почерпнул еще одну ценную информацию: в 1958 году в хозяйствах Серпуховского общества было 4 охотничьих базы и 7 охотничьих остановочных пунктов.

Далее — опять беру цитату из книги: «На всех базах и остановочных пунктах имеются гончие собаки, окладные флажки, лыжи, постельные принадлежности. А где есть охота на водоплавающих и рыбалка — лодки, подсадные утки, чучела, рыболовные снасти».

По данным справочника МООиР, к 1982 году количество баз и остановочных пунктов в этом хозяйстве сократилось почти вдвое. Информации о наличии собак, подсадных уток и т.д. нет. Сколько баз осталось сейчас — думаю, совсем мало.

По данным справочника МООиР, выпущенном где-то в 60-х годах, также узнаем, что редкий егерь тогда не имел принадлежащую обществу гончую, а то и легавую собаку. Куда все это делось? Сейчас гончих на базах днем с огнем не найдешь.

Об организации и обслуживании на утиных охотах в 70–80-х годах расскажу, исходя из собственного опыта.

В охотхозяйстве «Московское море» утром егерь будил охотников, цеплял их лодки к своей моторке и отвозил к месту охоты; после утрянки опять приезжал, чтобы забрать охотников; вечером все в точности повторялось.

Путевка на два дня в это хозяйство стоила 2 рубля 50 копеек. Точно помню, что доставка катером до базы и обратно стоила 50 копеек. Получается, что за лодку, ночлег и охоту за два дня мы платили всего 2 рубля. Плюс бесплатные чучела, весной — подсадная утка, добротный шалаш, пускай старенькое, но чистое белье, посуда… Где такое обслуживание сейчас?

Все обслуживание охотника сегодня заключается в выписке егерем путевки. Много сейчас говорят и пишут о необходимости сохранения обществ охотников, что именно в коллективе формируется и совершенствуется настоящий охотник. Верно, но только так было давно.

Нынешние коллективы в основном существуют лишь на бумаге. Где теперь коллективы прошлого?

Общаемся преимущественно по телефону да во время редких совместных выездов. Наш коллектив по-прежнему каждый раз выезжает на традиционную охоту по копытным, но я уже забыл, когда последний раз жарил печенку и ночевал на базе. Нет в хозяйствах баз.

А где, как не на коллективной охоте, сплачиваются охотники, и немаловажную роль здесь отводится вечерним посиделкам до и после удачной, а может быть, неудачной охоты. А сейчас приедешь утром, спешно на улице переоденешься, возьмешь, если повезет, зверя, разделаешь в лесу, и — по домам, вот и все.

Раньше каждую среду члены нашего коллектива собирались в обществе, часто бывало, что всем желающим не хватало места. Вот это был настоящий коллектив и настоящая школа для молодых охотников, не грех было перенять чужой опыт и бывалым.

Сейчас из-за непомерной стоимости аренды (я говорю про московские районные общества) общество подчас занимает одну небольшую комнату, где собраться коллективом нет никакой возможности. Сами общества стремительно редеют.

В Москве начался процесс объединения некогда многочисленных районных обществ в связи с тем, что в некоторых из них осталось по 500–600 членов, и содержать такие общества из-за финансовых трудностей невозможно. При объединении значительное число охотников естественным путем отсеивается.

Так что, к сожалению, в этом году следует ожидать большего, чем обычно, сокращения членов общества. И дело здесь не только, по-моему, в введении госохотбилета, на который многие пытаются свалить все беды.

В первую очередь нежелание охотников состоять членом общества, платить взносы заключается в отсутствии реальных льгот и качественных услуг.

Ведь констатации факта, что члены общества в первую очередь получают путевки, не только явно недостаточно, но и часто остается только констатацией. Представьте себе, накануне охоты приехали в хозяйство охотники с ОБЕФО, просят путевки, лодки, ночлег.

Согласно распоряжению все это им предоставляется то ли с трехкратной, то ли с пятикратной наценкой, точно не помню. А откуда егерю знать, кто-нибудь приедет к нему с членским билетом? Вот и хозяйству выгодно деньжат побольше «срубить». Так что получается, что и хозяйству «зеленобилетники» выгодны.

О плачевном состоянии баз, отсутствии на них белья, посуды, нормальных холодильников и кроватей, о старых лодках со сломанными уключинами и веслами, вырубленными топором из доски и говорить не приходится.

Об этом говорится давно, а воз и ныне там, а ведь на дворе давно двадцать первый век.

Источник: ohotniki.ru

Статьи по теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *