Охота

Указания егеря выполняли беспрекословно

«С полем, сударь!» – эти слова, в устах знающего егеря, превращали новичка в полноценного члена охотничьей братии.

И в наше время похвала опытного егеря воспринимается с гордостью и вызывает уважение товарищей по увлечению.

Настоящий, знающий егерь, умеющий организовать охоту, выставить зверя на конкретного охотника, правильно поставить шалаши, подманить рябчика, подвабить лося или оленя, офлажить волков, ловко ошкурить добычу и т.д. столь же редок, как и любой классный специалист.

Работа егеря требует многих разносторонних качеств, как профессиональных, так и чисто человеческих, как-то: благорасположенность, предупредительность, доброта и необходимая строгость.

Рассказы и советы опытного мастера быстрее пополнят навыки охотника, чем прочитанные тома охотничьей литературы. Наглядный рассказ о следе зверя и его повадках в течение нескольких минут умножит ваши познания следопыта и сэкономит много дней самостоятельного изучения поведения дичи.

На охоте работа и житейские дела отступают на второй план, разговоры неспешно текут вокруг интересующей всех темы – охоты. Рассказы опытных охотников прерываются искренними и удивленными замечаниями новичков.

Истории начинающих со сдержанным снисхождением выслушивают ветераны. Но обычно все сразу умолкают, когда начинает говорить егерь, и уже никто не подвергает сомнению достоверность рассказанного.

За свою многолетнюю охотничью практику мне приходилось встречаться со многими егерями, но истинными профессионалами считаю лишь двоих.

Вологодское «О-о-о!» в сдержанной похвале старшего егеря Семена Михайловича для слуха охотника звучало лучше любой музыки.

«Около-о дела», – благожелательно приветствовал Семен Михайлович охотника, удачно отстрелявшегося на утренней заре из умело поставленного шалаша.

«Ништо-о», – подбадривал он пропуделявшего по уткам раз двадцать пожилого генерала, помогая ему перенести ногу через борт лодки. Если Михалыч поставил на номер, жди зверя.

А сколько пушнины добыл и сдал Семен Михайлович, одеть можно было бы не одну сотню модниц. Много интересных рассказов слышал я от него о добычливых охотах, о больших начальниках – любителях пострелять, и о многом другом. Но перескажу лишь один рассказ, весьма любопытный.

Добыть медведя на овсах удается не всегда, да и охота такая требует много времени. Часто мишка не выходит на поле, и приходится провести на лабазе не одну ночь. Охота на берлоге более прогнозируема и к тому же очень эмоциональна, поэтому ценится весьма высоко.

Семен Михайлович отошел от деревни метров триста, его лайка злобно залаяла в сотне шагов от проезжей дороги. Снега было немного; подойдя на лай собаки, увидел лежащего на большой кочке крупного медведя.

 

Отозвав пса, Семен Михайлович на следующий день проверил лежку косолапого, он был на том же месте. На второй и третий день зверь находился на своей кочке и, видимо, решил так переждать зиму.

Доложил о «находке» начальнику охотничьего хозяйства, тот далее по инстанциям. Стали ждать приезда большого начальства, если не министра обороны, то уж кого-либо из Политбюро.

Проходили дни, мороз крепчал, снега прибавилось. Семену Михайловичу, из-за высоких сугробов, приходилось брать стул, чтобы наблюдать за медведем, а охотники все не ехали. Снег присыпал зверя, а он продолжал спокойно лежать на своей кочке, лишь изредка поднимая голову, вяло реагируя на шум с дороги.

Снега подвалило столько, что пришлось сколотить лесенку, без которой медведя было уже не увидеть.

Зима перевалила за середину, и скоро сезон охоты истек. Медведь спокойно перезимовал на такой необычной берлоге – под присмотром егеря, в непосредственной близости от жилья, и, к радости Семена Михайловича, с первой капелью перебрался в более подходящие угодья.

Семен Михайлович посмотрел на командирские часы с дарственной надписью министра и начал торопить охотников на вечерку.

Знаком я и с другим егерем. По моему мнению, Михаил Иванович может носить звание лучшего егеря Московской области. Такое знание угодий и повадок дичи редко встречается. Где стоит лось и кормится кабан, как устроить загон на оленя, – Михаил Иванович разберется как хозяин в собственном доме.

Егерь, знающий тока глухаря и тетеревов, как свой курятник, умелый добытчик пушного зверя, всегда подтянутый, приветливый, неунывающий. В пять-шесть стволов мы проводили загонные охоты, и всегда успешно.

Вечерний рассказ за столом, уставленным сковородами с печенкой и вырезкой, интересен еще и тем, что, в отличие от обычных, традиционно успешных повествований, закончился несколько неожиданно.

По границе охотничьего хозяйства с Тверской областью появились две рыси. Следы крупного кота и молодой кошки постоянно попадались в обходе Михаила Ивановича. Редкая для центральных областей рысь не является объектом промысла, но охотничий азарт заставил егеря попытаться добыть осторожного зверя.

Умело поставленные капканы и привада позволили добыть молодую рысь. После этого крупный самец ловко избегал все капканы, но и не уходил из угодий. Зная о пристрастии котов к валериане, Михаил Иванович поэкспериментировал, капнул на тарелку самолова немного валерьянки.

О результате опыта рассказывал, принеся и показывая сработавший капкан с застрявшими между дугами пышными усами рыси.

«Лекарство не туда накапал, – смеясь, говорил он, – надо было смочить ветку над капканом, а не лить на него». Капкан отбросил тупую кошачью морду рыси, и зверь отделался лишь испугом и потерей усов. После этого зверь ушел.

Михаил Иванович заторопился, сказал что засиделся, завтра утром на охоту, надо отдыхать. Мы еще долго обсуждали рассказ егеря, а на следующий день, удачно проведя два загона по кабану, уже в машине в очередной раз удивлялись и восхищались мастерством Михаила Ивановича.

Источник: ohotniki.ru

Статьи по теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *