Оружие

«Шарпс» охоту не испортит

Именно этот фильм подтолкнул меня к сумасшедшей идее попробовать винтовку Sharps 1874 года с диоптрическим прицелом Сreedmoor при охоте на африканских антилоп.

Почему я говорю о сумасшествии?

А вы вспомните историю создания и технические характеристики этого оружия.

Однозарядная винтовка Кристиана Шарпса, запатентованная изобретателем в 1849 году, выпускалась во времена гражданской войны в США.

Позже модель была специально переделана для охоты на крупную дичь.

Особую популярность карабин получил как оружие Буффало Билла, неутомимого и удачливого охотника-француза, торговца мясом и шкурами бизонов.

Несмотря на то что это весьма печальная глава из истории Америки, повествующая об уничтожении миллионных стад бизонов, слава Буффало Билла гремит в США и сегодня.

Популярность винтовки была обусловлена ее простотой, надежностью и применяемым калибром. Патроны калибра .45-70 широко использовались в военный период, но и после войны их запас был неограничен и правительство выдавало их бесплатно охотникам для истребления бизонов.

Во время исследования рынка на предмет приобретения оружия я вышел на итальянскую компанию Дэвида Педерсоли, в производственной линейке которой значилось изготовление реплик исторического оружия.

Как оказалось, приобрести Sharps 1874 за разумные деньги сегодня нетрудно. После мучительных раздумий и консультаций я решил остановить свой выбор на охотничьей версии Sharps Sporting No.3 Extra Luxury. Она меня поразила.

Какой великолепный орех, какая идеальная посадка ствола и коробки в дерево, какие удивительно чистые линии у оружия!

Когда я впервые взял в руки Sharps Sporting длиной 124 см, я сразу понял, что идея использовать его в африканских саваннах действительно отдает сумасшествием: массивный восьмиугольный ствол этой фантастической винтовки имеет длину почти 82 см, а весит она 5,2 кг.

Мой следующий шаг после приобретения винтовки привел меня в Ферлах к давнему другу Герберту Шайрингу, одному из лучших оружейников мира. Взглянув на умело сработанный Sharps, он улыбнулся: «Ох, тяжко тебе с ним придется!».

Понянчив винтовку в руках, оружейник установил на нее диоптрический прицел Creedmoor и тут же пристрелял его на сотню метров в ноль.

Когда я дома любовался новым оружием и мечтал об охоте в Африке, раздался звонок. Мой давний друг и клиент Рашид, член королевской семьи Дубая, попросил меня организовать охоту на черномордую антилопу в Намибии. Я предложил ему сафари в районе Этоша и спросил, не хочет ли он поохотиться на антилоп с необычным оружием — винтовкой Sharps.

После нескольких часов молчания, вероятно, потраченных на исследования YouTubа, от него пришло сообщение: «Это именно то, что я всегда хотел попробовать»…

 

Итак, в начале июля я вылетел авиакомпанией Qatar Airways из Вены через Доху прямо в Виндхук. После прохождения обычных паспортных и пограничных формальностей мы за пять часов добрались до лагеря на севере страны.

И уже на следующее утро испытали оружие пробной стрельбой по бумажной мишени, установив ее на расстоянии 150 метров. Первые два выстрела Рашид сделал из положения сидя. Результат нас не порадовал: слишком низко и слишком вправо.

Рашид признался, что он чувствует себя некомфортно, стреляя из положения сидя, поэтому следующие три выстрела он сделал стоя с упора. Итоговая картинка — все три попадания оказались в нескольких сантиметрах друг от друга, на пять сантиметров ниже центра.

С точки зрения охоты три попадания были в убойной зоне и не требовали дальнейшей корректировки. Разница же в результатах пристрелки в Ферлахе и здесь объяснялась просто: дома мы использовали пули весом 405 гран, в Намибии — 325-грановые пули и стреляли на большие дистанции. Да, все так, но стрельба по мишени и по зверю не одно и то же! Что то будет на настоящей охоте?

Я не хочу тратить время на рассказ о замечательной стране Намибии — о ней можно прочитать в журналах и путеводителях. Скажу только, что наша охотничья территория непосредственно граничила с национальным парком Этоша, где рельеф местности весьма разнообразен, со скалистыми холмами, покрытыми густым кустарником, и открытой саванной.

Мы прекрасно понимали, что нам предстоит много ходить, тропить и скрадывать, так как здесь нет развитой сети дорог и троп, как во многих концессиях Южной Африки. Здешние главные дороги ведут к природным или искусственно созданным водоемам, но дальше только пешком, хоть весь день. Конечно, можно было залезать на вершины холмов и исследовать местность в бинокль.

Но время, время! Кроме этого, был еще один осложняющий наше предприятие момент — львы, точнее, множество львов. И наш пиэйч Maриус сразу предупредил нас о них, специально остановившись в ста метрах от группы из шести львиц. Когда мы подъехали к ним поближе (лишь тридцать футов отделяли нас от кошек), они не обратили на нас внимания.

Их интерес был направлен на другой объект — стадо зебр примерно в трехстах метрах от нас. Любопытно близко видеть эту удивительную большую кошку, сосредоточенную на добыче, и снимать все на видео.

Внезапно ситуация изменилась: львицы озаботились нашим присутствием, сообразив, что мы привлекаем внимание зебр к себе, а следовательно, и к ним. Умные дикие кошки понимали, что охота на насторожившихся зебр — пустая трата энергии, но были уверены, что их шанс придет — рано или поздно. Вот оно, истинное лицо царя зверей, осознающего свою силу!

Этот эпизод напомнил нам, что мы должны быть вдвойне осторожны во время охоты, так как находимся в дикой природе, а не в огороженном охотничьем хозяйстве…

Мы продолжили движение и вскоре выбрались на огромную, покрытую травой равнину — идеальную среду обитания многочисленных антилоп (вот уж истинно plains game — равнинная дичь). Мы увидели большие стада спрингбоков, блесбоков, зебр, черных и голубых гну и группы самок иланда Ливингстона.

Оценив ситуацию, Мариус решил попытать счастья в охоте на спрингбока. Ветер дул в нашу пользу, мы остановили автомобиль, хорошо замаскированный группой деревьев, и начали скрадывание. От нас до крайнего спрингбока было около 350 метров. Всего в группе находилось100–120 антилоп. Разбросанные купы кустарников и деревья обеспечивали нам успешный подход на расстояние 150 метров.

 

Мариусу хватало времени, чтобы определить самого большого самца в группе, но как объяснить охотнику, кто из сотни животных его трофей? Тренированный глаз пиэйча и опыт Рашида помогли справиться с этой задачей буквально за минуту.

Трипод был готов, Рашид тоже. Курок винтовки на полувзводе, что сопоставимо с положением заряженной и поставленной на предохранитель обычной винтовки. За выбранным самцом паслась самка, нам нужно было дождаться, когда животные разойдутся, чтобы одним выстрелом не добыть двух антилоп.

Рашид взвел курок «Шарпса», и, когда Мариус определл дистанцию до цели по дальномеру 125 метров, прозвучал выстрел. Рогач сразу упал.

Мы остались на месте и продолжили наблюдение, а животные, отбежав на 200–300 метров, уставились на поверженную антилопу-прыгуна. Когда мы подошли к добыче Рашида и поздравили его с первым трофеем, Мариус предложил счастливчику понюхать пучок белых волос, расположенных в кожистой складке чуть выше корня хвоста антилопы.

Удивительно, но от этих волос (а точнее, от желез под ними) исходил тонкий запах карамели, который спустя несколько минут после добычи животного бесследно исчезает.

Когда зооанатомический экскурс закончился, мы возвратились к вопросу нашего оружия. Невероятно, насколько эффективно винтовка и патрон .45-70 поразили цель. После фотосъемки с трофеем я организовал добычу еще одного рогача. По дальномеру он находился на расстоянии 178 метров и медленно удалялся от нас.

Рашид и Мариус однозначно решили, что это замечательный старый самец и его надо брать. Боеприпас Hornady .45-70 с пулей 325 гран скользнул в ствол. Марево в воздухе, которое обычно мешает при стрельбе с оптикой, не помеха для стрелка с диоптрическим прицелом.

Мариус замерил расстояние — 262 метра; Рашид успокоил дыхание, сфокусировался на цели, выстрелил, антилопа упала на землю, а я услышал комментарий пиэйча: «Не верю».

Действительно, невероятно! Открытый прицел, 262 метра, небольшая мишень и такие точные выстрелы! У Рашида от возбуждения дрожали руки, он был счастлив и, похоже, окончательно влюблен в Sharps — шестикилограммовую винтовку с диоптрическим прицелом, из которой он легко добыл двух спрингбоков.

 

Вечером мы обсудили план на ближайшие дни. Черномордая импала — одна из наших целей. Этот подвид, встречающийся только в северной Намибии, трофей номер один для Рашида. Охотники с опытом знают, как трудно охотиться на эту антилопу. Она любимая добыча льва и леопарда, что делает ее особенно бдительной и осторожной.

На следующее утро Мариус повез нас в любимое место черномордых импал. Мы остановили автомобиль примерно в 400 метрах от водопоя и осторожно двинулись к нему. На этот раз ветер не был нашим союзником и разносил наш запах по саванне.

Через два часа мы добрались до колодца и увидели импал — несколько самок и молодых животных. Конечно, нам очень хотелось понаблюдать за ними, но мы продолжили поиски трофейной антилопы.

Внезапно я заметил в зелени кустов коричневое пятно, и бинокль подтвердил мою догадку: это был самец черномордой импалы, за 300 метров от нас. Но добыть единственный в своем роде трофей — одно, а приблизиться к нему на дистанцию уверенной стрельбы — совершенно другое.

Осторожно, шаг за шагом, мы сократили дистанцию до цели на 80 шагов. Для упора Рашид выбрал ветвь дерева и в третий раз подтвердил свое искусство меткой стрельбы. Наградой за продолжительный подход стал отличный трофей черномордой импалы.

Далее мы хотели понять, насколько эффективна легендарная винтовка на более крупные виды дичи. Для этого мы рано встали, позавтракали и вновь отправились к водопоям. Автомобиль остановился в 300–400 метрах от воды, и мы против ветра начали медленно подходить к колодцу, возле которого ранее видели свежие следы иландов и зебр, но, к сожалению, сейчас у воды никого из зверей не было.

Решили проверить другой источник. По пути Мариус указал на группу зебр на расстоянии чуть более 500 метров от автомобиля. Мы стояли в тени деревьев, и они нас не видели.

Местность и ветер были просто идеальны для скрадывания, и уже через десять минут всего 200 метров разделяло животных и нас. Стадо состояло в основном из кобыл с жеребятами и молодых жеребцов, и ни одного трофейного «старика»! Мы наблюдали за животными несколько минут и уже хотели отойти, как вдруг из-за деревьев появился великолепный экземпляр.

Рашид уже доказал, что он отличный стрелок, но жеребец зебры — это не импала. К нему лучше подойти как можно ближе. Медленно, где на четвереньках, а где ползком, мы приблизились к табуну на 80 метров (напомню: длина винтовки почти 130 см, а вес почти 6 килограммов). Кустик, за который мы легли, был недостаточно большой, чтобы встать и стрелять с упора.

Помог мой рюкзак, мигом превратившись в упор для винтовки. Однако наша возня насторожила жеребца. Он смотрел прямо на нас, втягивал ноздрями воздух, скалился. Мариус шепнул: «Прямо в грудь, прямо в грудь». Прозвучал выстрел, и я не поверил своим глазам. Жеребец встал на дыбы, повернулся на девяносто градусов и… упал.

Все ждали, когда осядет пыль, поднятая умчавшимся табуном зебр, а я еще раз просматривал видеозапись финальной части охоты, чтобы убедиться, что патрон .45-70 с пулей 325 гран — настоящий хит нашей охоты.

 

Как в любом сафари, время шло слишком быстро, и последний день уже маячил на пороге. Мы встали пораньше, чтобы попытаться добыть самца иланда. Следы трех быков нашли быстро. Мариус знал, что среди них был один старик и два быка помоложе. В Африке такое встречается часто.

Молодые животные учатся у старого премудростям жизни и служат ветерану дополнительными глазами и ушами. Бушмены называют их «аскарис», или «хранители». Не мешкая, мы пошли по следу. Зигзагообразное движение животных предполагало, что они искали место для отдыха. С начала преследования прошло уже три часа.

Каким же сумасшедшим охотником нужно быть, чтобы тащить шестикилограммовый Sharps через намибийский буш! Физическая форма Рашида и возбуждение преследования позволяли ему без устали следовать за Мариусом, а Мариус, несомненно, был великолепным профессиональным охотником.

В общем, через полчаса мы увидели перед собой всех трех быков. Старик с длинными витыми рогами почти полностью скрылся за кустом, два молодых находились на открытом пространстве, но вдруг развернулись и, увлекая за собой старого быка, исчезли в чаще кустарников. Услышали нас? Или ветер нас выдал?

Так или иначе, а нам осталось сожалеть, что все наши усилия пошли прахом. А ведь 900-килограммовая антилопа с красивыми рогами, добытая репликой старинной винтовки, могла стать настоящей кульминацией сафари. Но, увы, этого не случилось!

Однако мы не испытывали никакой печали по поводу неудачного преследования, нас охватывала своего рода гордость. Подумать только! Почти четыре часа выслеживания, около десяти пройденных в буше километров с шестикилограммовым «Шарпсом» — это же круто!

 

Чтобы вернуться к машине, нужно было пройти не менее семи километров по прямой. В какой-то момент Мариус остановился, так как его наметанный глаз заметил двух ориксов, укрывшихся в тени деревьев от полуденной жары.

Антилопы еще не обнаружили нас, а трипод для стрельбы уже был готов. Крупный трофейный зверь стоял боком не более чем в 80 метрах от нас. Рашид сделал глубокий вдох и плавно спустил курок. Орикс пробежал не более двадцати шагов и свалился. Хоть и не иланд, он стал достойным завершением нашего сафари.

Мы приехали в Намибию испытать винтовку Sharps 1874 для охоты на антилоп. Да, это длинный и тяжелый предмет одиночного действия с необычным для европейцев калибром .45-70, но оружие показало превосходную точность стрельбы, и мы ни секунды не сожалели о решении использовать его на охоте.

Конечно, вкусы и пристрастия у людей разные, но все, кто видел эту винтовку, не могли не отметить ее классическую красоту и необычность.

Источник: ohotniki.ru

Статьи по теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *