Оружие

Советы разработчика патронов

Однажды Володя звонит мне и говорит, что Сергей, стреляя, казалось бы, в убойные цели, никак не может в них попасть.

Я ему посоветовал поставить что-нибудь на воде и произвести выстрел.

Тогда что-то прояснится.

Не может же быть ствол кривым.

Через некоторое время друг позвонил и сказал, что заряд ложится в стороне от цели. К сожалению, я ничего не мог ответить на это, так как по состоянию здоровья на охоте не присутствовал. Может, просто он мазал? На охоте всякое бывает.

В этом году я поехал на весеннюю охоту туда же, куда приезжают мои друзья-приятели.

Когда стали собираться, поинтересовался, какими они патронами стреляют.

Оказалось, что итальянскими. Я охотился в одном месте, а они в другом.

Через несколько дней я пришел на то место, где стояли на тяге мои друзья. На месте, где стоял Сережа, насчитал десять гильз, из них несколько «магнумов». То есть было две очереди по двум вальдшнепам.

При таком заградительном огне и «мессер» не пролетит. Потом я вспомнил, что ко мне уже обращались с таким же вопросом: стреляют из итальянского самозарядного ружья, а попасть не могут.

Я попросил, чтобы ко мне подъехал владелец оружия и привез пустые гильзы патронов, какими он стреляет. Мы с ним пошли в охотничий магазин, купили по пачке патронов тех фирм, которые были, и я объяснил, что делать.

Владелец оружия пострелял, определился, что ему надо, и вот уже в течение нескольких лет стреляет теми патронами, которые подходят для данного ружья.

Самое главное в патроне — это качество комплектующих элементов, используемых для снаряжения и в первую очередь пыжей. Бывает, ходишь, ходишь, силы на исходе. И вдруг — долгожданная дичь! Тогда все решает один выстрел. От него зависит, милого. Попал, и силы появились, шатание, мотание закончились да быстрота хода увеличилась — уже позитив!

Охотиться я начал с 1964 года. У меня даже дата сдачи охотминимума сохранилась — 8 августа 1964 года. С ружьями было очень просто. Так как мне через год надо было идти в армию, то решили ружье не покупать.

Я поехал к брату своего отца, и тот мне дал на время ружье марки «Зимсон». В Сергиев Посаде купил себе четыре пачки патронов. Магазин был в церквушке напротив входа в Лавру. Тогда и билет не надо было показывать. Но я показал билет.

Продавец, очень почтительный, приятный человек, поговорил со мной, подсказал, что надо купить для снаряжения патронов, так как это обходится значительно дешевле. Охотиться разрешалось везде, кроме заказников и заповедников. Путевок не было.

После армии, продлив билет, мы поехали с отцом в Москву. Брали ружье в охотничьем магазине на Неглинной улице. Там был мастер по оружию. Поговорили, что я хочу. Мастер снял с витрины ружье и посоветовал его взять.

Оказалось — ИЖ-54, за что я до сих пор этому человеку благодарен. Далее просто: записали в журнал, я расписался; затем в билет — печать магазина, и вся процедура. Можно идти охотиться по всему Советскому Союзу бесплатно.

 

Патроны я больше не покупал, а снаряжал сам. По стечению обстоятельств я оказался на Краснозаводском химическом заводе, где моим начальником был Владимир Кузьмич Субботин, ныне генеральный директор НПФ «Азот». С ним я бок о бок проработал почти десять лет.

За это время я очень здорово повысил свои знания и квалификацию. Кроме товаров народного потребления и гражданского назначения, все было мое, так как вели конструкторское сопровождение всех изделий с момента их освоения и дальнейшего изготовления.

Если были какие-то отступления от требований технической документации, то выявлялись и устранялись причины. Любые изделия, о том числе и патроны, как «живой организм», требуют постоянного внимания.

Когда стала проводиться реорганизация отдела, мне предложили другую должность, от которой я отказался и хотел вообще уйти с завода.

Меня приглашали на Байконур. В это время создавалась Госприемка и не хватало людей до заполнения штата, что мне и было предложено. Я согласился. И попал я на контрольно-испытательную станцию, где также проводились испытания охотничьих патронов.

В дальнейшем я работал в цехе шесть лет, где в сферу моей деятельности входили патроны. Много чего было. Охотнику это не надо знать.

Охотнику надо достать патрон, зарядить оружие, выстрелить и поразить цель. Он должен быть уверен в нем. И поверьте, что на заводе НПФ «Азот» в очень сложные времена, которые были, делали все, чтобы выпускать продукцию, соответствующую документации. Не от нас все зависело.

Была некачественная дробь — закупили оборудование для ее производства. При переходе на «Сунар» пошли отказы патронов. Нашли причину — стали делать капсюля сами. Прошло. Гильзу завод делает полностью. Только вот полиэтилен? Трубку рвало вдоль и пеперек. И здесь нашли выход. Как сейчас делают и что делают, я не знаю. В 2001 году я ушел с завода.

Система изготовления патрона такова: делают гильзу; испытывают на прочность усиленным зарядом; передают на снаряжение патрона; собирают на линии техпробу с определенной навеской пороха и дроби; испытывают на соответствие установленным характеристикам.

Если результаты испытаний положительные, то снаряжают партию патронов. От изготовленной и сформированной партии отбирают несколько образцов патронов на приемо-сдаточные испытания.

Если и эти испытания прошли успешно, то хорошо, если нет, то отставляют линию, анализируют, где допущена ошибка, выявляют причину и принимают меры по устранению. Вроде бы все просто, а на деле не так. Конечно, все описать невозможно.

До меня была одна методика испытаний, потом ее усовершенствовали и ввели поправки при определении скорости полета дроби в зависимости от ее диаметра: чем меньше дробь, тем больше поправка. Давление удовлетворительное — скорость низкая. Начинают поднимать скорость, давление зашкаливает. Я на этом и попался.

Скончался у нас сосед, заядлый охотник, любитель старины, и мне его жена подарила ружье марки «Лебо». Правда ружье был правленое, да и стволы как папиросная бумага. Но для меня оно как влитое. Я из него практически не мазал.

Собрались мы на несколько дней на тягу. Пришли, собрал ружье, посмотрел стволы, зарядил. Летит вальдшнеп, стреляю, падает, иду, стал перезаряжать и вижу что-то на конце правого ствола торчит. Оторвало часть ствола на выходе, примерно 100 мм. Отдача была значительная. Стрельнул из левого. Отдача такая же. На нее я в другом случае и не обратил бы внимания.

 

Приехал домой, взял другое ружье и отохотился до конца. Без этого случая и вопрос бы по патронам не решился бы.

Стал разбираться, почему так получилось. Мне показали на разработчика методики. Если бы была двойная навеска, то рвануло бы в руке. В общем, все проверил. Оставшиеся патроны стрельнул на линии, замерили все характеристики, и получилось то, на что я подумал.

Поехал к разработчику методики, показал ствол и все результаты испытаний. Пришли к выводу, что причина — наличие поправок и, как следствие, высокое дульное давление.

Вообще высокое дульное давление и дает большую отдачу. Все поправили, вопросы сняли, и с 16-м калибром проблем не стало. А если честно сказать — ружье свой срок отслужило, и из него нельзя было стрелять бездымным порохом из-за отсутствия соответствующего клейма.

Что было в нем ценного, это прикладистость. Такое впечатление, что я с ним родился. Я стрелял из ружья фирмы «Франкотт» — такие же ощущения.

Второй поврежденный ствол я привез из Астрахани. Там у охотника на четвертом выстреле из самозарядного ружья МЦ 21-12 на расстоянии примерно 200 мм от казенной части вывернуло часть металла.

Он мне рассказывал, что в лодке еле удержался. Патроны сам снаряжал. Договорились в Туле о замене данного ствола. Привез я его домой. На заводе показал и решил съездить на государственную испытательную станцию со вторым стволом.

Где-то прошла аномалия, и нужно, самое главное, установить причину. Спецы посмотрели и высказали свое мнение. К ним когда-то привезли почти такой же разорванный ствол. Никак не могли сымитировать. И на каком-то опыте получилось. Повторили, тот же результат. Получился на дроби № 5.

Когда есть ее перемещение в патроне (если потрясти), то при стрельбе возможна вероятность разрыва. На стволе вместе разрыва имеются следы от дроби в виде точек. Все это я пишу для ружей с длиной патронника 70 мм.

При изготовлении и испытании патронов я на них смотрел с позиции охотника, коим и являюсь. Самым стабильным патронам по кучности, осыпи и давлению является патрон с бумажной гильзой, по сравнению с полиэтиленовыми. Там и кучность прекрасная, и осыпь хорошая, скорости стабильные, давление ровное.

У полиэтиленовой гильзы нестабилен внутренний диаметр, и бывает, что контейнер проваливается в гильзу как карандаш в стакан. Вот и придумывают на концентраторе всякие компенсаторы, которые все грехи компенсируют.

Если охотник снаряжает патроны сам и если он засыпал в гильзы, допустим, 2 грамма пороха, установил прокладки, пыжи, засыпая установленную навеску дроби, а высота под закатку бывает разная. Вот и крутись.

За время работы Госприемки надо отдать должное работникам предприятия. Патрон, как говорится, довели до достойного состояния.

В течение нескольких лет не было ни замечаний, ни нареканий. Все работало как часы. Лично я крупную дробь снаряжаю сам, а на утиную и вальдшнепиную охоту беру КХЗ. Просто там «начинку» знаю. Беру только с порохом «Сокол», «Сунар» не люблю. Там бывает своя «бяка».

Когда смотрю в охотничьих магазинах на пыжи-концентраторы, то я бы их половину выкинул — пустая стрельба. Лучше вместо этих пыжей газету затолкать. Выстрел, мне кажется, будет лучше. К импортным патронам есть вопросы и сомнения.

Сами посудите: при стрельбе заряд уходит в сторону — либо «кривой» ствол, либо с патроном что-то.

В патроне порох, пыж-контейнер, дробь, и — все. Поэтому дело в пыже: либо отлетает один из лепестков, либо он деформируется. Мало того, он еще может при этом разворачивать дробовой заряд, и нарушается его правильность полета.

Если заряд дроби уходит от точки прицеливания, значит, нарушена аэродинамика. Другого ничего нет. С таким явлением я встретился и у нас, когда работал в приемке. При стрельбе на кучность дробь ложилась на мишень эллипсом. Это устранили быстро.

В дальнейшем к кучности вопросов не было. Правильно, когда вся дробь средняя и мелкая дробь равномерно ложилась в мишень диаметром 750 мм.

И к итальянским патронам и гильзам я отношусь настороженно. Есть для этого основания. Работает линия по изготовлению гильз. Работает автоматический контроль. То, что не проходит, линия отбрасывает. Набирается какое-то количество. В дальнейшее производство у себя они не пускают — репутация. Выкинуть жалко. Куда их? Заказывает кто-то. Дают, что не прошло.

Везут из хороших побуждений, а результат для охотника может быть такой, о чем я писал вначале. Они и сами могут снарядить патроны в такие гильзы, а затем продать, только не у себя в стране. Доказать невозможно. Получается «пальмовое масло».

У нас есть свои фирмы, которые делают хорошие убойные патроны. Если все сделано правильно, то любой патрон будет иметь выдающуюся кучность, осыпь, резкость боя, комфортность.

В общем, если серьезный охотник, то нужно под свое ружье подбирать патрон. Тогда будет успех. Никогда не увлекайтесь увеличением навесок пороха и дроби. Увеличение навески пороха мало влияет на повышение скорости. Только уменьшает кучность.

Есть оптимальное соотношение пороха и дроби, при которых получаются оптимальные результаты самого патрона. Были партии патронов, которые имели почти стопроцентную кучность. Да и другие мало им уступали.

А вообще, когда производство патронов наладилось, практически испытания на кучность не проводили. Если давление пороховых зарядов и скорость полета дроби были в норме, то проводить испытания на кучность не имело смысла.

Проработав такое время на охотничьих патронах, у меня появилась идея кое-что поменять. Ничего не получилось. Нужно было поработать с гильзой, доработать, применяемый когда-то пыж-контейнер. Мне некоторая часть у него до сих пор импонирует. Прочитал кое-что у Сабанеева.

Пришел в универсам и увидел прототип того, что мне надо. Нужно было соединить все вместе. Правильно говорят, что новое — это хорошо забытое старое. Просто порой к нему иногда надо вернуться и сделать в современном варианте. Получился бы более дешевый экологичный охотничий патрон.

Главное, опыт: он не обесценивается и его невозможно украсть. Я уже начал в этом направлении работать, но пришлось уйти с предприятия. Правильно говорят, что охота — это «Божье дело» и не каждому дано к этому прикоснуться.

Источник: ohotniki.ru

Статьи по теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *